Новостной обзор

Ночная сводка, 18 ноября
108
Хроники «школьного перемирия» 17.11. 2017
92
Ночная сводка, 17 ноября
152
Хроники «школьного перемирия» 16.11. 2017
91
Ночная сводка, 16 ноября
198

Лента новостей

08:18 18-11-2017
Следственный комитет России может быть ликвидирован
13:40 17-11-2017
Госдепартамент предупредил граждан США о повышенной террористической угрозе в Европе
13:53 16-11-2017
СБУ подтвердила готовность к обмену пленными
13:48 16-11-2017
Савченко призвала отправить украинскую власть на виселицу
12:44 16-11-2017
Рада объявила католическое рождество официальным выходным днем
12:38 16-11-2017
В Минфине рассказали о возможном компромиссе по долгу Украины
08:46 16-11-2017
Путин провел переговоры с Захарченко и Плотницким
08:13 16-11-2017
Военный переворот в Зимбабве. Президент Мугабе арестован
13:12 15-11-2017
Москва огрела Прибалтику: Россия в 2018 году будет готова вывести Литву, Латвию и Эстонию из БРЭЛЛ
18:50 14-11-2017
ФСБ задержала 69 экстремистов в Москве и области
17:56 14-11-2017
Навальный: ради денег и друга подставить, и себя заложить...
17:56 14-11-2017
Навальный: ради денег и друга подставить, и себя заложить...
16:05 14-11-2017
Эксперты о биоидентификации детей: запретить!
16:03 14-11-2017
«Фемен» атаковали логово Порошенко
12:46 14-11-2017
Космический скандал: новый шаттл США оказался советским
Все новости

Улманис: мы боялись открыть границы — думали, в Латвию хлынут чужаки

В Брюсселе обсуждены вопросы энергоэффективности Азербайджана

Латвия признана страной с «желтым уровнем опасности» для туристов

Гоночный болид Шумахера продали с молотка за $7,5 млн

Суд начал банкротить Рижский вагоностроительный завод

Архив публикаций

«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 



» » Миролюбивое отношение россиян в отношении США

Миролюбивое отношение россиян в отношении США


ИНОСМИ приводит перевод статьи американского автора Джея Огилви, посетившего Россию и констатировавшего миролюбивое отношение россиян в отношении США.

В американском футболе «цветной комментарий» невозможен, если второй комментатор не будет подробно описывать происходящее на поле — с точными терминами и цифрами. Точно так же и мы, авторы Global Affairs, одновременно опираемся на беспристрастный объективный анализ, которого читатели привыкли ожидать от прочих проектов Stratfor, и отталкиваемся от него.

Как писал недавно главный редактор Stratfor Дэвид Джадсон (David Judson), в ближайшие месяцы мы собираемся расширять Global Affairs. Мы хотим сделать наш пул внешних авторов разнообразнее и необычнее. Добавлю, что хотя мы не ограничиваемся либерально-консервативным спектром, взгляды авторов все же будут иметь значение. Мы будем добиваться определенного баланса. Это, разумеется, не означает поиск некоей строгой середины между правым и левым (тем более, что многие в нее просто не верят). Вместо этого мы будем переносить вес то на одну ногу, то на другую и так — правой, левой, правой, левой — будем шагать к сбалансированному и честному подходу.

Итак, в этой колонке я хочу предложить вашему вниманию свои впечатления от последней поездки в Россию. Сразу предупреждаю: они противоречат большей части того, что вы, вероятно, читали в прессе.

Я не специалист по России. Я не говорю и не читаю по-русски. Однако с 1980 года я вхожу в небольшую группу людей, занимающихся так называемой гражданской дипломатией. Один из нас, в то время работавший в Госдепартаменте, придумал выражение «второй путь дипломатии». Когда на первом пути — то есть в профессиональной дипломатии высокого уровня — дела заходят в тупик, имеет смысл устраивать встречи банкиров с банкирами, учителей с учителями, психологов с психологами. Это помогает людям прорваться сквозь враждебность и предубеждения и понять друг друга. Беседы обычных граждан с обычными гражданами из страны предполагаемого противника позволяют понять, что мы все одинаково надеваем штаны сначала на одну ногу, потом на другую, и что ядерное оружие — не лучшее расчетное средство.

Поэтому мы создали организацию под названием «Второй путь: Институт гражданской дипломатии» (Track Two: An Institute for Citizen Diplomacy). На нашем счету такие инициативы, как создание психологической библиотеке в Москве, художественный конкурс с выставками в Сан-Франциско и Владивостоке, и Международное общество исследователей космоса, в котором российские космонавты и американские астронавты впервые смогли встретиться и положить начало плодотворному сотрудничеству, продолжающемуся и по сей день.

В свое время наша крошечная организация спонсировала первый визит Бориса Ельцина в Соединенные Штаты. В хьюстонском супермаркете, перед полками с множеством сортов горчицы, наш гость внезапно осознал, чего лишился его народ из-за 70-летнего правления коммунистов. «Всю жизнь мне врали», — плакал он. Вернувшись в Россию, Ельцин вышел из Коммунистической партии. В августе 1991 года, во время неудачного путча, он поднялся на танк, и дальнейшее, как говорится, известно. В связи со всем этим меня вместе с еще пятью людьми из нашей группы недавно пригласили посетить Президентский центр и музей Бориса Ельцина. На прошлой неделе мы вернулись из этой поездки.

Я впервые побывал в России в 1983 году, задолго до конца холодной войны. Второй раз я там был в 1986 году, в третий — в 1991 году, всего за неделю до провалившегося переворота, а в четвертый — в 2005 году, когда, по поручению американского правительства, провел за 10 дней 28 интервью с влиятельными россиянами.

По итогам первой поездки — в Москву и в Тбилиси — мне запомнилось сочетание гостеприимства с внешним убожеством. По контрасту с царящим в городе запустением меня особенно впечатлила красота некоторых станций московского метрополитена. Я даже заявил русским знакомым, что теперь понимаю, в чем разница между капитализмом и коммунизмом — «мы в капиталистических странах строим из мрамора банки, а вы общественную подземку».

Хотя я много слышал о безбожном коммунизме, меня поразила и тронула православная литургия в тбилисском соборе. Высокие теноры взмывали вверх, гулкий бас грохотал, помещение заполнял запах благовоний. Такого я совсем не ожидал. Кругом толпились люди в уличной одежде, неформальная обстановка резко контрастировала с чопорными порядками епископальной церкви. Впрочем, я не мог не заметить иерархичность этого якобы бесклассового общества. Помимо церковного пения мне запомнился звук сирен, оповещавших, что длинные «Лады» (так в тексте — прим. пер.) опять везут по пустым улицам Москвы членов Политбюро. «Наши конгрессмены и сенаторы намного скромнее», — скептически заметил я тогда.

Во время своей второй поездки, в 1986 году я видел первые проблески гласности и перестройки. Мне хотелось написать об этом статью под заголовком «Из России с надеждой», но меня отговорил покойный Павел Познер, брат Владимира Познера, позднее ведшего в Америке телепередачу вместе с Филом Донахью (Phil Donahue), а потом ставшего одним из ведущих обозревателей на российском Первом канале. Пока мы с Павлом летели в Париж, он убедил меня, что мои надежды преждевременны. Но он был неправ.

В 1989 году рухнула Берлинская стена, и во время моего третьего визита в Россию — в 1991 году — меня впечатлили новые супермаркеты. Ушли в прошлое длинные очереди, в которых люди ждали возможности купить продукты, «выброшенные» в магазин в этот день. Исчезло — хотя и не полностью — запустение. Приватизация заполнила некогда пустовавшие прилавки потребительскими товарами. Однако будем честны: в целом эта приватизация в стиле Джеффри Сакса (Jeffrey Sachs)— точнее та жесткая ее модель, которая вроде бы успешно сработала в Польше, — оказалась для России катастрофой. Немногие избранные — вскоре их назовут олигархами — заполучили огромные богатства, зато пенсии крестьян сожрала инфляция.

В 2005 году, в ходе моей четвертой поездки, главной идеей большей части из проведенных мной 28 интервью было: «К прошлому мы больше не вернемся. Нам не нужна система, в которой мы будем притворяться, что работаем, а они будут притворяться, что нам платят, и в которой все равны — то есть одинаково бедны. Мы ценим свободу, капитализм и демократию, но хотим идти к ним своим путем. Вы, американцы, слишком высокомерны. Не мешайте нам!»

Послушались ли мы их? Нет. Несмотря на словесные гарантии того, что НАТО не придвинется к границам России, данные Рональдом Рейганом Михаилу Горбачеву на переговорах в Рейкьявике, блок под американским руководством сделал именно это. Достаточно вспомнить утечку о деятельности Виктории Нуланд (Victoria Nuland) перед украинским переворотом 2014 года.

Второй важный фактор, о котором мне многие говорили в 2005 году, — это раскол российской экономики на два сектора. К первому принадлежат добывающие отрасли — в первую очередь, добыча нефти. Экспорт этой нефти приносит огромные прибыли, обогащающие власти и военных, но не народ. Второй сектор — сектор потребительских товаров — категорически недостаточно капитализирован. Хотя мои собеседники хотели бы, чтобы второй сектор субсидировали на доходы от первого, они были настроены пессимистически. Правительственные и военные круги развитие российской потребительской экономики беспокоило слишком мало.

Итак, какое же впечатление от России у меня сложилось по итогам моей последней поездки? Выглядит ли она страной, страдающей от санкций? До некоторой степени, но не сильно. А страной, собирающейся завоевывать Запад? Абсолютно нет. Напротив, я видел праздники. Я видел благосостояние. Я видел улицы, полные свободных, расковано ведущих себя людей. Об этом говорили их осанка, походка, взгляд, одежда!

«Да, но это же Москва, где сконцентрировано все богатство, а остальная Россия ведь по-прежнему живет в XII веке», — могут мне возразить.

Возражу: я провел неделю в Екатеринбурге, четвертом по величине российском городе, расположенном за два часовых пояса от Москвы, на краю Сибири — и за всю свою жизнь я редко видел столько строительных кранов, как там. Екатеринбургский «Ельцин Центр» — архитектурное чудо. Мэр города как будто сошел с экрана кино. Это долговязый (его рост — 6 футов 5 дюймов) 54-летний любитель пробежек, яркий и обаятельный. Начинал он карьеру как поэт.

Если оставить в стороне множество мелких приятных черточек, восторги по поводу старой и новой архитектуры и интерес местной экзотике, нужно упомянуть два общих момента. Первый связан с двумя секторами экономики, о которых мне говорили в 2005 году. Санкции подтолкнули Россию капитализировать свою потребительскую экономику с помощью импортозамещения. Это давно было необходимо сделать, но до санкций не получалось. Из-за трудностей с импортом многих потребительских товаров русские учатся производить эти товары самостоятельно — и уже многого добились. Изобилие природных ресурсов, изобретательность и высокообразованная рабочая сила способствуют их успехам.

Второй относится к часто встречающемуся сравнению российского пути к модернизации с китайским. Китай провел экономические реформы до политических, а Россия — политические реформы до экономических. До сих пор — особенно в 1990-х годах, в период неуклюжей российской приватизации, которую направляли американцы, — китайским путь казался намного более удачным. Однако теперь, когда трения с Западом, вызванные аннексией Крыма, усилили позиции российского авторитарного лидера Владимира Путина, в России возник новый вид автократического капитализма, способный соперничать с автократическим капитализмом Китая. Русские идут своим путем и, по моим наблюдениям, добиваются впечатляющих результатов.

Разумеется, в России далеко не все прекрасно. Достаточно вспомнить допинговый скандал, который не позволил части российской сборной участвовать в Олимпиаде в Рио и укрепил стандартный голливудский образ коварных русских злодеев. Нельзя также забывать об ограниченной Путиным свободе прессы. Недавно власти объявили последнюю независимую социологическую службу — «Левада-центр» — врагом государства. Попадание в «список», вероятно, в итоге ее погубит.

Некоторых предпринимателей и часть интеллигенции благоустройство Москвы не слишком радует. По их мнению, в обмен на «хлеб и зрелища» стране приходится мириться с кумовским капитализмом и с несвободой прессы — а это слишком высокая цена. С другой стороны, практически все мои собеседники были недовольны антироссийским уклоном американской журналистики.

И последнее: сталкивались ли я и мои попутчики хоть с тенью антиамериканизма? Нет. Абсолютно.
 
Все по теме: Россия и США, Жизнь

АКТУАЛЬНО

3 комментария

  1. JimmyGObby
    Не уверен я что можно миролюбиво относиться к вооруженному дегенерату
  2. cialis-tablets-20mg
    относиться к ним надо так. как они относятся ко всему миру
  3. Juliusviree
    Так фермер Джон нам не враг! корпорации поглотили США и гражданам можно только посочуствовать
  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
Войти через
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Наверх