Новостной обзор

Новороссия сегодня
195
Ситуация на Донбассе за прошедшие сутки
84
Новороссия сегодня
178
Ситуация на Донбассе за прошедшие сутки
146
Новороссия сегодня
246

Лента новостей

20:38 23-03-2019
«Эхо Москвы»: агрессивно об агрессии для агрессивных
20:15 23-03-2019
Навальный и подростки, которым он угрожает
19:06 23-03-2019
Берлин не намерен терпеть выходки США: посла США в Германии сочли неуместным
19:00 23-03-2019
Сотрудники «Дождя» возмущены тем, что блогер Навальный украл у них контент
18:13 23-03-2019
На митинг Удальцова в поддержку офшор Грудинина не пришёл даже Удальцов
14:23 23-03-2019
Порошенко и Саакашвили хотели служить в советской разведке
11:21 23-03-2019
В России запустили реактор нового поколения ВВЭР-1200
20:12 22-03-2019
По башке за тупые вопросы: Навальный пригрозил журналисту
19:09 22-03-2019
Власти Петербурга продолжают активно бороться с «рекламой смерти»
15:47 22-03-2019
Любовь Соболь заплатила участникам пикетов против «Конкорда» по 5000 рублей. Но не всем
15:42 22-03-2019
«Новой газете» придётся ответить за очередную клевету
15:34 22-03-2019
В МВД пообещали обеспечить безопасность экс-жены Грудинина при разделе имущества
14:59 22-03-2019
Россиян с двумя пенсиями станет больше
14:33 22-03-2019
Якутск: Разжигание на трагедии
14:28 22-03-2019
В Думе выразили желание взяться за попрошайничество
Все новости

Концерт Леши Свика, выставки Уорхола и Дали: куда пойти 24 марта в Минске

Зидан определился с ключевым игроком в «Реале»

Всемирный банк всегда готов поддержать проект Южного газового коридора — Трембон

Азербайджанец спустя 12 лет вернулся в Баку и потерялся в родном городе

«Я в прострации. Не дай Бог никому!» — Виктор Началов прервал молчание после смерти дочери

Архив публикаций

«    Март 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031



» » Судебная машина завелась и едет

Судебная машина завелась и едет


Доктор юридических наук, полномочный представитель правительства РФ в высших судебных инстанциях Михаил Барщевский считает, что проблемы у нашей судебной системы, безусловно, есть, как и в любой стране мира. Однако они постепенно решаются.

Мне было очень интересно с ним поговорить. Надеюсь, вам тоже покажутся любопытными его ответы на мои вопросы.

— Скоро у нас появятся кассационные и апелляционные суды. Автор законопроекта сенатор Сергей Калашников считает, при новой системе судьи будут более тщательно рассматривать кассационные жалобы, поскольку займутся только ими. А дела, как и раньше, будут рассматривать в районных и областных судах. Но у законопроекта есть и критики — якобы в структуру правосудия будет внедрена новая инстанция, которая сделает ее более громоздкой, а значит, и менее эффективной. Какой точки зрения придерживаетесь вы? 

— Для начала придется пояснить, что Сергей Калашников не автор — автором законопроекта является Верховный Суд и лично его председатель Вячеслав Лебедев. Могу сказать, что в юридическом сообществе эта идея давно обсуждалась, я и сам принимал участие в дискуссиях. Но Верховный Суд провел колоссальную работу, которая заключалась не только в формулировке статей закона, но в проработке технико-экономического обоснования. Другими словами, тщательно подсчитал сколько будет стоить реформа.

— Автором его назвало солидное издание, я лишь процитировал статью. А почему так важно установить авторство? 

— Конечно, в деле государственного строительства, а судебная власть — важнейший государственный институт, приоритеты не важны. И мне, откровенно говоря, даже приятно, что люди, далекие от юриспруденции, интересуются правовыми вопросами. Более того, я сторонник широкой парламентской дискуссии на эту тему, с привлечением не только узких специалистов, ученых-правоведов, но и представителей гражданского общества.

К сожалению, диспуты, в которых участвуют неравнодушные люди, проходят не так часто, как хотелось бы. Возможно, если бы они проходили чаще, не появлялись бы законопроекты, например, об ответственности судей за свои решения. Проблема качественного правосудия, разумеется, важна, но лежит она в другой плоскости.

— А чем плох такой своеобразный ОТК? 

— Тем, что вердикт судьи не может быть подвергнут контролю с точки зрения качества — по закону судья не несет ответственности за свои решения, если только он не брал взятку. Но взятка — это уголовное преступление, которое должно быть расследовано, а преступник, тем более если он одет в мантию, — понести наказание. Поэтому речь в данном случае не о коррупции, а о повседневной работе судебной машины.

Изменение приговоров вышестоящими инстанциями, если идет речь об уголовном процессе, — это и есть суть любой судебной системы в любой стране мира. Человек должен иметь возможность пожаловаться, если не согласен с приговором, должен иметь возможность доказать, что судья был неправ. Если же судьи будут выносить решения не в соответствии с законом, а с оглядкой на вышестоящую инстанцию, даже, наверное, предварительно посоветовавшись с нею, — грош цена такому правосудию.

— В одном из интервью вы сказали, что судьи чаще берут телефонные трубки, чем взятки. Что вы имели в виду?

— С моей точки зрения, коррупция в нашей судебной системе не больше, чем в любой другой сфере. А вот сохраняющееся до их пор телефонное право гораздо опаснее и вреднее. Поэтому инициатива Верховного Суда об организации окружных кассационных и апелляционных судов весьма своевременна и, я надеюсь, поможет судьям обрести независимость от региональных элит.

— Я ежегодно публикую в своем блоге статистику Европейского суда по правам человека. По итогам 2016-го по числу жалоб на 10 тысяч жителей Россия оказалась на 28 месте. Мы несколько лет подряд планомерно улучшаем этот показатель — в 2015 и 2014 гг. были на 24 месте, в 2013-м — на 21-м. Эти данные совпадают с вашей оценкой российского правосудия?

— Нам есть куда стремиться — у стран старой демократии этот показатель куда выше, для нас это пока просто недостижимый идеал. Но положительная тенденция, конечно, налицо — это тоже надо признать. При этом я не считаю ЕСПЧ главным мерилом качества нашего правосудия — мы, специалисты, куда лучше европейских коллег знаем его сильные и слабые стороны, представляем, что должно быть улучшено, от чего желательно отказаться.

Надо понимать, что судебная система — это тонко настраиваемый организм, навредить неумелым вмешательством здесь можно очень просто. Тем не менее, совершенствовать российское правосудие необходимо — тактично и профессионально, с учетом зарубежного опыта.

Я уже давно сформулировал несколько тезисов, которые, на мой взгляд, принесли бы существенную пользу судебной системе, повысили бы доверие к ней, улучшили бы эффективность. Самое главное — добиться реальной, а не продекларированной независимости судей.

В частности, я считаю важным полностью исключить малейшую возможность влияния на них региональной исполнительной власти. Для этого председатели судов всех уровней, кроме Верховного, должны избираться на должность Советом Федерации по представлению председателя Верховного Суда РФ. Аналогичной должна стать и процедура отстранения их от должности.

Нужно создать специальную структуру по обеспечению независимости судей от любых форм внешнего давления — коррупционного, административного, криминального. Назовем ее условно ФССО — Федеральная служба судебной охраны. Эта же структура должна предотвращать коррупционные проявления и внутри самого судейского сообщества. Директор ФССО должен назначаться президентом страны по представлению Президиума Верховного Суда РФ.

Убежден, что давно назрела потребность в расширении количества дел, рассматриваемых судом присяжных. Возможно и появление новых форм судопроизводства с участием представителей гражданского общества — например, по менее сложным и тяжким составам преступления рассматривать дела не с полной коллегией присяжных (12 человек), а хотя бы с двумя или больше судебными заседателями.

— Это ведь называется суд шефенов? Насколько я знаю, такая система действует в Германии и некоторых других странах Европы. 

— Именно. Кстати, на каком месте Германия по статистике ЕСПЧ?

— На 44-м из 47-ми. Очень высокое место. 

— Вот видите. Почему же не взять на вооружение хорошо зарекомендовавший себя опыт? Российские суды рассматривают в год больше 25 миллионов дел. Вдумайтесь — 25 миллионов! На судей ложится колоссальная, нечеловеческая нагрузка, ни в одной европейской стране такой нагрузки нет. Какое там правосудие — поток, конвейер! Это неправильно, неэффективно.

Но есть способ уменьшить количество дел, и при этом сохранить возможность для граждан решать споры. Например, поднять размер госпошлины (разумеется, с правом судьи снизить ее для тех, кому в силу их материального положения она окажется не по карману), чтобы многие споры решались миром. Не случайно институт медиации, фактически, так и не заработал. Нет мотивации договариваться, когда можно практически бесплатно «сходить в суд». В суде необходимо создавать условия для полюбовного решения споров, для примирения сторон.

Словом, нашему законодателю есть где развернуться.

— Какую бы оценку вы поставили нашей судебной системе по десятибалльной шкале? 

— А зачем по десятибалльной — есть ведь 47-балльная, опубликованная на сайте Европейского суда по правам человека. У нас заслуженное 28 место — то есть, чуть выше среднего. Значит, есть что улучшать и куда расти. Главное, что российское правосудие не стоит на месте, не почивает на лаврах и не порастает мхом, а развивается.


Все по теме: Проблемы России

АКТУАЛЬНО

Добавьте комментарий

  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
Войти через
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Наверх