Лента новостей

18:11 20-01-2017
Харьковский мэр отказался переименовать проспект Героев Сталинграда
18:07 20-01-2017
Пьяные украинские солдаты угнали БМП и ранили сослуживцев из пулемета
14:50 20-01-2017
Американские СМИ узнали о расследовании связей команды Трампа с Россией
14:35 20-01-2017
Депутата Рады уличили в получении фальшивого диплома академика
13:45 20-01-2017
Roshen остановил деятельность своей фабрики в Липецке
09:38 20-01-2017
Клин
08:42 20-01-2017
Владимир Путин и Сергей Лавров не изменят политического курса
17:32 19-01-2017
«Кастрюльные» СМИ негодуют: в экс-Кировограде крещенские купания прошли под легендарный русский марш
16:08 19-01-2017
Дивизию, где служили Егоров и Кантария, полностью воссоздадут в этом году
15:59 19-01-2017
Жителя Вильнюса оштрафовали за прилюдную сушку советского флага
15:54 19-01-2017
Порошенко потребовал предоставить Украине безвиз в ближайшие недели
15:50 19-01-2017
Европе пригрозили экологической катастрофой из-за мусора во Львове
15:35 19-01-2017
Рада одобрила допуск иностранных военных на Украину
15:07 19-01-2017
Порошенко обвинил Россию в кибервойне против всего мира
09:28 19-01-2017
Байден призвал продолжить работу по противостоянию российскому влиянию в Европе
08:09 19-01-2017
Россия, Турция и Сирийская армия проводят масштабную операцию в Сирии
16:10 18-01-2017
Людьми не торгуем: Захарова отвергла «предложение» ЦРУ
14:01 18-01-2017
Телеканал RT начал вещание в ООН
13:43 18-01-2017
Между тем: Порошенко пообещал украинцам безвизовый режим со Швейцарией
13:36 18-01-2017
Заявления Путина стали одной из главных тем последнего при Обаме брифинга в Белом доме
09:52 18-01-2017
Аваков призвал пограничников приготовиться к захвату Донбасса в 2017 году
08:48 18-01-2017
Савченко: вернуть Донбасс можно только при временном отказе от Крыма
07:55 18-01-2017
Рост зарплат – критерий уровня жизни населения
22:39 17-01-2017
Порошенко окончательно сошел с ума и объявил себя мировым лидером
19:45 17-01-2017
Латвия исчерпала резерв: денег осталось на две пенсии
19:19 17-01-2017
Путин: «Люди, которые заказывают фальшивки против Трампа, хуже проституток»
18:25 17-01-2017
Президент Молдавии хочет разорвать соглашение с ЕС и начать движение в сторону Евразийского союза
13:59 17-01-2017
Лавров рассказал, как переодетые дипломаты США участвовали в митингах оппозиции
13:29 17-01-2017
Украина сменит «напоминающие об оккупации» названия портов и железных дорог
13:00 17-01-2017
Лавров рассказал о накладных бровях дипломатов США и переодевании в женщину
10:02 17-01-2017
Трамп в интервью The Times: «Снятие антироссийских санкций - то, от чего много людей выиграет»
09:09 17-01-2017
Высокий суд Лондона начнет слушания по долгу Украины перед Россией
05:48 17-01-2017
Крымский визит глав ДНР и ЛНР
05:46 17-01-2017
Запрещен импорт для нужд обороны и безопасности России
18:39 16-01-2017
МИД Франции назвал провокацией планы Трампа перенести посольство США в Иерусалим
18:36 16-01-2017
Байден сравнил путь Украины к демократии с полетом на Луну
18:04 16-01-2017
В турецком Диярбакыре прогремел взрыв
14:52 16-01-2017
Первый шаг к возвращению Пальмиры сделан
14:37 16-01-2017
Партия Яценюка требует исключить Савченко из комитета по нацбезопасности
14:35 16-01-2017
Война за янтарь: Под Житомиром неизвестные расстреляли толпу людей
14:31 16-01-2017
Байден сравнил евроинтеграцию Украины с полетом на Луну
12:49 16-01-2017
Байден одобрил срыв Минских соглашений украинской стороной
10:15 16-01-2017
Новые дивизии береговой обороны
10:14 16-01-2017
На Западной Украине новое обострение «янтарной войны» со стрельбой и захватом заложников
10:09 16-01-2017
Сирия: убийство переговорщика и молчание «мирового сообщества»
Все новости

Архив публикаций

«    Январь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru

» » » Как американцы ведут беседы и как «стучат» друг на друга. Особенности их менталитета в сравнении с русским

Как американцы ведут беседы и как «стучат» друг на друга. Особенности их менталитета в сравнении с русским

Как американцы ведут беседы и как «стучат» друг на друга. Особенности их менталитета в сравнении с русским

 
Как американцы ведут беседы и как «стучат» друг на друга

В самом первом доме, где я поселилась в Миннеаполисе, ожидалась вечеринка. Собирались прийти человек сорок. При моем жадном интересе к американской жизни, при моей острой потребности узнать как можно больше и немедленно, для меня этот прием значил очень много. Я ждала его со страстью гурмана, предвкушающего пиршество, в данном случае, разумеется, духовное. Разочарование, однако, меня постигло глубокое.

И новых знакомств было много. И разных бесед достаточно. Но при этом я не узнала почти ничего об Америке. И практически ничего, кроме справочных данных, о своих собеседниках.

Андре Мишель, с которой я поделилась позже, ехидно усмехнулась:

– Да у них же это принятая форма общения – cocktail-style. Это когда за ланчем собирается случайный народ, чтобы выпить бокал коктейля и поговорить с собеседником ровно столько, сколько времени уйдет на осушение этого бокала. Обо всем понемногу и ни о чем по существу.

Да, примерно то же я почувствовала и в тот вечер. Народ разбился на кучки, каждая вела о чем-то оживленную беседу, а я переходила от одной группы к другой и видела, что разговора – в том смысле, как это принято у меня на родине, – нигде нет. И хотя темы были разные, все они оказались для меня неинтересными и скучными.

Впрочем, может быть, для иностранца и невозможна глубокая вовлеченность в чисто американский разговор? Ответ на этот вопрос я нашла у того же Макса Лернера: «В Америке беседу поддерживать не умеют. Где бы ни происходил разговор, он будет вертеться вокруг одних и тех же тем: информация о спорте и вечеринках, предложения заключить пари практически без всякого повода, профессиональное обсуждение служебных дел, женская болтовня о тряпках и покупках, обсуждение скандальных газетных сенсаций». В моем случае, кроме того, непомерно большое место занимали разговоры о детях, но тоже в чрезвычайно поверхностном стиле: где учатся, каким спортом занимаются, кто заболел, кто выздоровел. И чуть меньше, но тоже много – «беседы о животных»: как себя чувствует ваша собачка, появились ли у нее щенки, где вы ее стрижете и т. д.

Позже я научилась сама инициировать беседы на проблемные темы – об образовании, например, или медицине, или о новых молодежных тенденциях. Собеседники мои не уклонялись, наоборот, охотно включались в обсуждение, немного спорили друг с другом. Однако стоило мне отойти, и разговор снова возвращался в коктейль-стайл. Непривычно вести серьезную беседу. Ибо, если верить Максу Лернеру, «беседа у американцев отрывочна и стереотипна, всегда крутится вокруг того, что идет в кино или по телевидению. Это не столько обмен идеями, сколько способ разрядить нервы».

Перечитав последние строчки, я вдруг подумала: а чем, собственно, это плохо – просто весело поболтать, почесать языки, «разрядить нервы»? Разве непременно нужно нагружать собеседника информацией, втягивать его в обсуждение проблем, ждать от беседы обмена серьезными идеями? Не лучше и не хуже. Речь просто идет о разных традициях. Чтобы была понятна эта разница, давайте посмотрим, как выглядит традиция беседы в России со стороны, глазами американца. Обратимся снова к Йелу Ричмонду.
«Разговор у русских, – пишет он, – легко начинается даже между абсолютно незнакомыми людьми… и никакие языковые сложности этому не помеха. Манера беседы обычно неспешная, хотя подчас весьма красноречивая и при этом безо всякого притворства».

Добавлю от себя еще одно наблюдение. В отличие от американцев, которые даже в компании хорошо знакомых людей придерживаются поверхностного стиля, русские и с незнакомцами готовы пуститься в серьезное обсуждение проблем – экономических, политических, спортивных. Я несколько раз наблюдала, как во время беззаботной американской вечеринки где-нибудь в Нью-Йорке или в Чикаго приглашенные русские гости, никогда до того не видевшие друг друга, принимались обсуждать политическую ситуацию на родине, углублялись в историю вопроса, связывали его с глобальным положением в мире. А едва обнаружив разность воззрений, вступали в горячий спор, подчас переходящий в крик, что весьма удивляло и даже пугало американцев. И очень нравилось мне: вот это настоящий разговор – заинтересованный, страстный.

Ричмонд, конечно, эту особенность русской беседы не заметить не мог: «Каждый русский, кажется, рожден быть оратором… Они не просто обмениваются идеями, но и стараются их исследовать; разговор обычно возникает спонтанно, но ведется весьма сосредоточенно. По собственному опыту знаю, что искусство беседы в России развито на более высоком уровне, чем где-либо в мире…»

Ричмонд советует: «Если вы хотите глубже узнать русских, сядьте с ними за стол. И лучше за стол на кухне. Именно во время такого kitchen talk, за едой и водкой, ведутся самые сокровенные беседы». Шутки, анекдоты, смех становятся все более оживленными, а настроение взлетает вверх. В результате чего все, включая гостей, чувствуют себя весело и естественно, что, по мнению Ричмонда, и является главной задачей хозяев: «Русские сделают все для того, чтобы гость, в том числе и иностранный, чувствовал себя желанным, чтобы у него было ощущение, что он не в гостях, а у себя дома, чтобы ему было уютно, свободно и комфортно». За таким столом, пишет дальше автор, подчас решаются и строго деловые вопросы. Он вспоминает, что в 1970 году, когда США посетила правительственная делегация из СССР, самые эффективные переговоры состоялись именно на кухне. Правда, это была американская кухня, в доме одного из местных фермеров. Но велась беседа именно по-русски: горячий разговор о проблемах сельского хозяйства затянулся далеко за полночь.

Однако американцу Йелу Ричмонду далеко не всегда по душе манера, в которой русские ведут беседу: «Они могут целый день дискутировать по поводу некоей проблемы, но так и не предпринять никаких действий, в то время как американцы прежде всего проанализируют ее с практической точки зрения: детально рассмотрят, что конкретно мешает ее решить и как эти препятствия преодолеть. Русские больше расположены к созерцанию, американцы – к деловитости».

Ничего нового в этой реминисценции, конечно, нет: о деловитости американцев мы, в России, знаем давно. И, по моим личным наблюдениям, немножко даже эту деловитость преувеличиваем. Новое в другом.

Последнее двадцатилетие в России все больше учатся вести бизнес так, как это принято на Западе, в том числе и в Америке. Учатся ценить время. Учатся не тратить лишних слов, а больше оперировать цифрами, расчетами, строгой информацией. Деловитость, рационализм, прагматизм – все это, конечно, чрезвычайно ценно и полезно в деловых контактах. Плохо только, когда этот стиль потихоньку переползает и на неделовые, приятельские отношения. Все чаще я слышу, что гости собираются не только для того, чтобы порадоваться бескорыстному общению, но и «переговорить с нужным человеком», «обсудить проект». Что, конечно, тоже нужно, но жаль, если это вытеснит такую нашу, такую российскую манеру вести беседу с единственной целью – духовного и душевного взаимообмена.

Вранье и transparency

В солидном чикагском университете случилось ЧП. Были отчислены сразу пятеро студентов – за пользование шпаргалками на письменном экзамене. Двое за то, что их написали, трое – за то, что ими пользовались. Все пятеро – иммигранты из России. В приказе ректора это преступление квалифицировалось как «недопустимый обман, жульничество, несовместимое с моралью университета». Сами же бедолаги-студенты объясняли свое поведение «особым менталитетом русских».

Я узнала об этом потому, что вскоре после события выступала в этом университете с лекцией «Америка и Россия: разница двух культур. Менталитет и традиции». Лекция была только для преподавателей, они-то и рассказали мне о происшествии и попросили объяснить: в чем именно состоит особая ментальность русских, которая позволила им пойти на этот обман. Я тогда, честно говоря, растерялась:
 
– Обман, он и есть обман, в любой стране, – сказала я. – Не вижу тут никакой особой ментальности.

Но вот я листаю оглавление книги Йела Ричмонда и вижу название главы: Vranyo, the Russian Fib. В ней говорится, что русское слово «вранье» не имеет в словаре ни одного правильного эквивалента, оно непереводимо, ибо это нечто среднее между правдой и ложью, но ближе всего по значению к английскому fib, то есть «привирать, сочинять, выдумывать». Автор приводит множество примеров, когда он сталкивался с таким полуобманом в России. Гид, приукрашивающий историю и современность. Руководители, скрывшие катастрофу вблизи арктического поселка Осинск: нефть вырвалась из скважины и стала заливать тундру, но мир узнал об этом от «Би-би-си». Чернобыль… Да что говорить, пожалуй, и согласишься, что «вранье – своего рода искусство, к которому так привыкли в России». Однако, добавляет Йел, «эта привычка чужда американцам, удивляет их и раздражает. Американцам свойственна правдивость. Некоторые мои соотечественники, кстати, ошибочно принимают ее за наивность или простодушие. Но это просто привычка говорить все как есть».

Я вхожу в приемную и спрашиваю секретаря, здесь ли начальник. Она показывает на дверь: открыта – значит, хозяин там. Первое время эти открытые двери меня сильно смущали. У меня, предположим, конфиденциальный разговор. Я, входя, прикрываю за собой дверь. Но хозяин кабинета вскакивает и идет ее открывать, объясняя на ходу про transparency. Это одно их тех ключевых слов, которые определяют образ мыслей и поведения американцев. Переводится оно как «прозрачность», а означает, что все должно быть открыто, гласно, без секретов.

Человек, утаивший в налоговой декларации часть доходов, не только нарушает законы государства. Он нарушает законы морали общества. И очень скоро начинает чувствовать отношение к себе этого общества, где ложь – большой грех. Рассылая в поисках работы резюме – информацию о своей деловой биографии, автор не заботится о том, чтобы на ней стояли штампы, подписи. Все написанное принимается на веру. Еще важнее, чем резюме, – имя какого-то авторитетного человека, на которого вы можете сослаться. Часто этот человек сам предлагает вам: «Упомяните мое имя в вашем разговоре. Скажите, что это я дал телефон». И никаких рекомендательных писем, звонков. Просто – имя, произнесенное вслух, без всяких подтверждений. Однако при такой, казалось бы, бесконтрольности не дай вам бог что-то в этой информации о себе приврать. Это очень сильно осложнит вашу карьеру, испортит репутацию.

Хорошая репутация – самое дорогое, что есть у делового человека, без нее он не сможет делать успешный бизнес. Многие крупные сделки совершаются устно: обе стороны берут на себя обязательства, от которых невозможно отказаться, даже если официальный договор еще не подписан. Если же кто-то нарушит эту этическую норму взаимного доверия, слух об этом тут же разнесется по бизнес-сообществу и с нарушителем вряд ли кто захочет иметь дело.

Transparency касается также и личной жизни человека. Меня это иногда ставило в тупик. Помню, как 40-летний школьный учитель Макс, недавно женившийся на русской девушке, сказал за домашним столом, где сидели люди, почти ему не знакомые:

– Завтра еду на операцию, развязывать трубы. В предыдущем браке я их завязал, а теперь Таня хочет родить ребенка.
Русская жена дернула его за рукав и покраснела. Макс посмотрел на нее с удивлением:

– Что-то не так?

Так же свободно, не стесняясь, рассказывают о своих болезнях, о предстоящих операциях. Очаровательная девушка в незнакомой компании безо всякого смущения мимоходом замечает: «Когда я лечилась в Обществе анонимных алкоголиков…» Такая правдивость отсекает всякую возможность предполагать, что от тебя что-то скрывают. Она сильно облегчает отношения.

Однако, как мы знаем, у каждого достоинства есть продолжение в виде недостатка. У transparency такое продолжение – доносительство. Я могла бы привести множество примеров доносов. Доносят: ученик на ученика, водитель на другого водителя, сосед на соседа, студент на преподавателя…

На моей лекции девочка поднимает руку:

– Мне звонила Морин, просила сказать, что она сегодня не придет, у нее заболела мама, – она делает небольшую паузу. Потом продолжает. – Но я встретила ее маму на улице, она шла на работу.

Я смотрю на лица остальной группы – никакого осуждения.

Профессор Борис Покровский, русский иммигрант, считался лучшим преподавателем на кафедре славянских литератур. И очень строгим. Памятуя закалку Московского университета, где он работал до эмиграции, он выставлял отметки строго за знания, не делая исключений. Это, разумеется, нравилось не всем студентам. И вот на него поступил донос. Потом еще один. Потом третий. Кончилось тем, что с ним не перезаключили очередной контракт.

Однажды перед началом курса я предупредила всех студентов: поскольку курс авторский, то есть я сочинила его сама, то учебников никаких нет. Поэтому очень прошу занятия не пропускать: два пропуска еще прощаются, но если их больше, то семестровая отметка автоматически снижается на один балл. В течение семестра кто-то пропустил одно занятие, кто-то два. Джоан отсутствовала шесть раз. Я сказала, что вынуждена занизить ей оценку. Она кивнула – я решила, что в знак согласия.

Однако вечером того же дня мне позвонил заведующий кафедрой. Он сказал, что получил по электронной почте письмо: Джоан жалуется на мое пристрастное к ней отношение, на явную недоброжелательность, поскольку только ей одной я снизила оценку на один балл. Я все объяснила, и заведующий сказал, чтобы я выбросила это из головы: он сам напишет студентке ответ.

На следующий день в восемь утра меня разбудил звонок из деканата. Секретарша сообщила, что на имя декана пришло письмо, где слово в слово повторяется то, что было в первом. Я попросила соединить меня с деканом и теперь уже ему объяснила ситуацию. Он с минуту молчал, а потом сказал: «Видите ли, ваш курс факультативный, и если студенты вами недовольны, боюсь, нам не удастся его возобновить на будущий год». К счастью, вскоре пришла evaluation, то есть оценка студентами уровня своих преподавателей. Почти все выставили мне высокие баллы, и курс оставили.

Но самым диким случаем transparency был донос преподавателя – он донес студентам на другого преподавателя. На кафедре русского языка меня попросили прочитать короткий курс «Россия сегодня: социальный аспект». Свои лекции в Америке я читаю по-английски. Но тут мне предложили попробовать сделать это по-русски: курс четвертый, последний, студенты должны уже хорошо знать иностранный язык. Я прочла первую лекцию. По выражению лиц, а также по ответам на вопросы мне стало ясно, что они ничего не поняли. Кроме троих, у которых русский был приличным. Тогда я попросила не стесняться, задавать вопросы, если что неясно. Ни одного вопроса. Я их поняла: неудобно же перед самым получением диплома обнаруживать, что ты плохо знаешь язык. Ладно. Я решила, не травмируя их самолюбие, читать первую половину часа по-русски, а вторую резюмировать по-английски. А в следующий раз, наоборот – сначала по-английски, потом по-русски.

Вдруг меня вызывает заведующий кафедрой, профессор Э., и говорит, что ему на меня пожаловались трое студентов – те, которые хорошо знают язык. Они недовольны, что на моих занятиях мало слышат русскую речь. Я объясняю ситуацию, вызванную таким несложным психологическим эффектом: студенты недостаточно хорошо усвоили русский, но стыдятся в этом признаваться.

Я, конечно, могу продолжать читать по-русски, но ведь так они ничего и не поймут. Как же они будут тогда сдавать экзамен?

На следующем занятии, едва я вошла в класс, почувствовала явственное отчуждение всей группы. Не один-два, а все 25 человек сидят с холодными лицами. Никаких улыбок, к которым я здесь привыкла. Никаких шуток. Не действует ни одна из тех домашних заготовок – анекдотов, смешных историй, которыми я обычно снимаю напряжение аудитории. Так продолжается месяц. Наконец один студент, очевидно, исполнившись сочувствия к моим страданиям, во дворе университета говорит мне шепотом:

– Напрасно вы сказали доктору В., что мы только делаем вид, что знаем русский, а на самом деле вовсе его не знаем…

Взбешенная, я вбегаю в кабинет В.:

– Эндрю, – едва сдерживаю себя. – Зачем вы передали студентам наш разговор? Зачем вы испортили мои с ними отношения? Разве вам было не ясно, что разговор этот строго между нами?

Он наклоняется ко мне поближе, доверительно заглядывает в глаза. И говорит как ребенку, может, и неглупому, но непросвещенному:

– Ада, дорогая, вы же в Америке, у нас здесь так принято – во всем полное transparency.

АКТУАЛЬНО

Добавьте комментарий

  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
Войти через
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Наверх