При этом представитель Госдепа усомнился в способности Тегерана занять "прагматичную позицию".
США, по его словам, дали понять иранцам на непрямых переговорах в Вене, какие санкции они в принципе готовы снять при условии возвращения Тегерана к ядерной сделке.
Чиновник также раскритиковал подход предыдущей администрации Дональда Трампа по "максимальному давлению" на Иран.
Он отметил, что в результате Иран лишь активизировал деятельность, которая не нравится США, и это "не подлежащий спорам факт". Соответственно, политика при Трампе не соответствовала национальной безопасности США, уточнил он.
Чиновник добавил, что США готовы снять часть санкций, введенных после их собственного выхода из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), если Иран вернется к соблюдению соглашения.
Ранее представитель госдепартамента США Нед Прайс заявил, что призывы Ирана об отмене санкций являются "максималистскими" и неконструктивными, шаги должны быть обоюдными.
Во вторник в Вене прошло заседание комиссии по совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД) по иранской ядерной программе на уровне политдиректоров. От США в Вену прибыл спецпосланник госдепартамента США по Ирану Роб Малли.
Заключенный в 2015 году "шестеркой" (Великобритания, Германия, Китай, Россия, США, Франция) и Ираном Совместный всеобъемлющий план действий, предполагающий снятие санкций в обмен на ограничение ядерной программы Ирана как гарант неполучения Тегераном ядерного оружия, не просуществовал и трех лет: в мае 2018 года президент США Дональд Трамп принял решение об одностороннем выходе и восстановлении жестких санкций против Тегерана.
Иран в 2019 году - ровно через год после выхода США из сделки - заявил о поэтапном сокращении своих обязательств в рамках соглашения, отказавшись от ограничений в ядерных исследованиях, центрифугах, уровне обогащения урана. В конце 2020 года в Иране приняли закон "Стратегическая мера по отмене санкций", предполагающий активизацию ядерной деятельности с целью добиться отмены санкций против страны. В соответствии с законом иранские ядерщики уже довели обогащение урана до уровня 20% (ядерная сделка предполагает обогащение на уровне 3,67%), а также ограничили с 23 февраля возможности МАГАТЭ проводить инспекции.