Очень хорошо, что министр сделал акцент на развитии именно этой компоненты. Поскольку когда в российской Военной доктрине было прописано, что стратегическое ядерное оружие является гарантией нашей безопасности, значительная часть экспертного сообщества – и я в том числе – достаточно резко против этого возражала. Нельзя только ядерными средствами сдержать войну, более того – мы показывали это на примерах, наиболее характерным из которых являются события в Югославии. Тогда же и в отношении России прорабатывался быстрый глобальный удар с применением неядерного оружия.
Поэтому мы с удовлетворением приняли тот факт, что в последней Военной доктрине Российской Федерации был прописан фактор неядерного сдерживания как один из элементов развития Вооруженных Сил. И сейчас этому уделяется большое внимание. То, что мы видели на сирийском фронте, – применение высокоточных комплексов в безъядерном снаряжении, как раз и говорит: мы это направление начали усиленно развивать. Выстраивается морская компонента стратегических неядерных комплексов, воздушная, наземного базирования. Сергей Шойгу поставил задачу – к 2021 году сделать эту группировку реальностью, и вполне возможно, что она будет оформлена в отдельный род войск.
Это будут такие же, как ныне, подводные лодки с системами типа «Калибр» в зонах досягаемости ключевых объектов на американской территории, а также патрулирующие самолеты с соответствующими боеприпасами. Хотя система носителей стратегических вооружений может быть скорректирована по отношению к нынешнему дню. В Никарагуа китайцы строят канал, альтернативный Панамскому, и Россия взяла на себя обязательства по его охране. Соответственно там могут быть размещены стратегические комплексы не только морского, но и наземного базирования, которые будут нацелены на жизненно важные объекты на территории США. Как я всегда подчеркиваю, в первую очередь на банки Федеральной резервной системы как на заказчиков всяких военных авантюр.
Мы не можем, планируя систему неядерного сдерживания, опираться на имеющийся опыт Соединенных Штатов, хотя бы потому, что и сами они в первую очередь говорят о концепции быстрого глобального удара. Для этого они планируют довести число высокоточных сверхскоростных крылатых ракет до 32 тысяч. Это наступательное оружие, а вовсе не для сдерживания. Оружием сдерживания в США считают систему противоракетной обороны. Потому сейчас Россия решает проблемы обхода американской глобальной ПРО и создает ракеты, которые будут летать по небаллистическим траекториям.
Одними «Калибрами», понятное дело, развитие стратегических сил неядерного сдерживания не ограничится. У нас прошли успешные испытания стратегические крылатые ракеты воздушного базирования, и я полагаю, сейчас эти ракеты тоже поставлены в серийное производство. Думаю, нам не нужно гнаться за американцами, пытаясь сравняться с ними в количестве. У министра обороны наверняка есть расчеты, сколько подобных вооружений необходимо, чтобы взять под прицел важнейшие объекты на территории США. И они будут знать, что в случае какой-либо провокации получат весьма чувствительный удар. Ведь США – как минимум в сравнении с Россией – весьма слабозащищенная территория.
Это следствие высокого технологического развития и большой степени взаимоувязанности производств. Скажем, вся Америка сидит на сжиженном газе, это гигантские газовые хабы, питающие два-три штата, которые ничем не защищены. Попадание одной неядерной ракеты в такое хранилище вызовет сильный пожар и парализует работу на огромной территории. То же самое можно сказать про энергетическую систему США, которая весьма уязвима. Думаю, наши военные уже давно определились с потенциальными целями для неядерных ударов.
Возможная смена политического курса США и ожидаемые подвижки во взаимоотношениях Вашингтона и Москвы не должны повлиять на развитие наших стратегических неядерных сил. В свое время Бил Клинтон на переговорах с Борисом Ельциным говорил, что крылатые ракеты вообще не могут быть темой для обсуждений, поскольку на тот момент преимущество США в этой компоненте было подавляющим. И по этим видам вооружений для выхода на соглашения нам как минимум нужно достичь паритета, пусть и не в количественном отношении.
Так что неядерные стратегические силы России будут развиваться вне зависимости от текущей политической конъюнктуры как минимум еще несколько лет. И пока США не начнут сворачивать работы по глобальной ПРО, мы должны вести работу по обнулению их системы.
Автор: Леонид Ивашов