Еще в январе нефть стоила 76-82 доллара за баррель, а на этой неделе ее цены упали до четырехлетнего минимума — ниже 60 долларов за бочку. Российская Urals в апреле в среднем стоила всего 55 долларов за баррель.
Это стало следствием беспощадной торговой войны Дональда Трампа со всем миром. Казалось бы, самое время для ОПЕК+ поддержать падающие цены на нефть, как она это делает после пандемии уже не первый год. Но вместо этого организация, наоборот, в апреле решилась на более значительное повышение добычи в мае, а на днях удивила мировой рынок еще раз. ОПЕК+ увеличит добычу на 411 тысяч баррелей в сутки не только в мае, но еще и в июне. Это и вызвало обвал цен на этой неделе.
Почему же ОПЕК+ предпринимает шаги, которые не помогают, а вредят черному золоту? И почему Россия, которая уже столкнулась с падением доходов бюджета и ростом его дефицита, не воспротивилась, а поддержала повышение добычи в рамках ОПЕК+?
Причина в том, что если бы ОПЕК+ сохранила ограничения на добычу или пошла на еще большее снижение производства, то это неминуемо привело бы к краху не только сделки, но и самой организации. А это для рынка и для самих производителей нефти куда более страшный и опасный сценарий, потому что грозит шоковым обвалом нефтяных котировок до 20-30 долларов за баррель, то есть мировым энергетическим кризисом. На этом фоне текущие цены на нефть в 55-60 долларов за баррель покажутся райскими.
Что же может привести к развалу сделки ОПЕК+ и самого картеля? Внутри организации уже давно зреет недовольство политикой ограничения добычи. Если это просто не замечать, недовольство только усилится. И кто-то один из членов организации может просто не выдержать и отказаться сдерживать добычу, уйти в свободное плавание, распаковав свое производство. А это легко может стать спусковым крючком для остальных недовольных, которым надоело отдавать свою долю на рынке другим, неопековским игрокам.
Развал ОПЕК+ означает, что в одночасье на мировой рынок может вывалиться 4,5 миллиона баррелей в сутки. Именно во столько оценивается резервный объем добычи странами организации, который сейчас сдерживается. Конечно, сразу нарастить так резко добычу не получится, но даже вывод на рынок половины от этого объема — два миллиона баррелей в сутки — приведет к шоковому сценарию: обвалу цен до 20-30 долларов за баррель.
Поэтому Россия, по сути, выбирает из двух зол меньшее. Лучше согласиться на некомфортные для бюджета нефтяные цены в 55-60 долларов за баррель и дать шанс Минфину РФ выкрутиться из непростой ситуации, чем столкнуться с еще более низкими ценами (в два-три раза) и настоящим кризисом.
Чем же недовольны члены организации? Тем, что им уже не один год приходится добывать меньше, чем они хотели бы, ради поддержания цен на черное золото выше 75-80 долларов за баррель. И все было бы хорошо — дорогая нефть выгодна ее экспортерам, если бы на рынке не было других производителей нефти, которые не входят в альянс и ни в чем себя не ограничивают. Наоборот, высокие цены, которые обеспечила сделка ОПЕК+, помогает другим странам активно наращивать добычу, ведь при 80 долларах за баррель многие нефтяные проекты становятся рентабельными.
Например, Гайана заявила, что готова удвоить добычу к 2030 году, наполеоновские планы в этом секторе обозначила и Бразилия. Активно наращивали добычу также американские сланцевые компании. И все они вместо благодарности отбирали долю на рынке членов ОПЕК+. Конечно, бесконечно это не могло продолжаться. В ОПЕК+ решили, что именно сейчас настало время поубавить пыл других игроков.
Повышение добычи решит еще одну проблему, которая тоже вызывала недовольство и разлад внутри ОПЕК+. Ряд стран не соблюдали дисциплину ограничения и добывали больше, чем должны были. Периодически в этом были замечены и Казахстан, и ОАЭ, и даже Россия. Москва привела свою добычу в соответствие с обязательствами нефтяного альянса. Но не все оказались такими ответственными. В Казахстане, например, недропользователями являются в основном иностранные компании — и у государства не получается заставить их снизить добычу.
Если бы ОПЕК+ и дальше сокращала добычу, то это привело бы, скорее всего, к деградации дисциплины внутри альянса, что лишь увеличивало бы градус всеобщего недовольства и желание выйти из сделки. Тогда как легальное увеличение добычи в мае и июне позволяет довести ее в ряде стран, по сути, до реального уровня. Тем самым уровень дисциплины повышается сам собой.
Так что для ОПЕК+ по-прежнему важна цена на нефть. Об этом говорит и тот факт, что альянс пошел на повышение добычи именно в мае и июне. Это не случайно. Расчет такой: дополнительно добытая в мае и июне нефть будет переработана в топливо и поступит на рынок аккурат в летний автомобильный сезон — с июля по сентябрь в Северном полушарии. Более высокий спрос со стороны автомобилистов проглотит дополнительные объемы предложения, и в сухом остатке это не окажет серьезного давления на нефтяные цены.
Да и торговая война Трампа может затухнуть, а не разгореться. По крайней мере, спустя месяц активной фазы обмена пошлинами рядом с апокалипсическим сценарием погружения всего мира в рецессию и резкого обвала спроса на нефть появился более позитивный сценарий. Он предполагает, что США удастся договориться о компромиссах со многими странами, плюс пострадавшие от трамповских пошлин игроки найдут другие рынки сбыта. Например, Германия надеется создать торговый альянс с Канадой и Мексикой, Китай стал заигрывать с Японией и так далее. Все это уже хорошие новости для нефтяных котировок.
Именно поэтому цены на нефть показали сначала эмоциональное резкое падение после заявления ОПЕК+ о повышении добычи, а потом очень быстро стали отыгрывать потери. Рынок успокаивается, видя, что ситуация не так плоха, как может показаться на первый взгляд.
Ольга Самофалова