«Лидер свободного мира» вскоре покинет свой пост. Время подвести итоги, еще раз напомнить о том наследии, которое он оставляет планете. И попытаться убедить мировое сообщество его сохранить и по возможности преумножить.
Нынешняя речь 44-го президента США во многом повторяла его выступление с этой же трибуны год назад. И о Сирии он поговорил, и за Ливию оправдывался, и лихорадку Эболы припомнил (теперь вот вирус Зика еще добавился), и «молодую украинскую демократию» похвалил. России и Китаю попенял. Опять пообещал покончить с ИГИЛ (запрещено в РФ). Рассказал об опасности глобального изменения климата и бесперспективности «режимов сильных личностей» (strongman regimes).
Но на этот раз в речи Обамы появились новые нотки.
«Ультра-левые, но по большей части ультраправые движения возникают и в самых развитых демократиях», больших успехов добиваются популисты, многие простые люди недовольны своим положением и требуют обратить процесс вспять.
Если верить американскому лидеру, все негативные последствия глобализации можно исправить, залечить, нивелировать. Вот только двигаться надо «вперед, а не назад». Иначе — хана.
Впрочем, президент США убеждал Генеральную Ассамблею в том, что достижения нового мирового порядка отменить не получится: «Я уверен, что увеличивающийся поток людей, путешествующих по миру, ускорение развития технологий и телекоммуникаций, а также глобальная экономика, завязанная на глобальные цепочки снабжения, — все это работает против тех, кто желает обратить прогресс». И далее: «Сегодня нация, которая окружает себя стенами, лишь заключает саму себя в тюрьму».
И тут стало понятно, что «прогресс» действительно зашел довольно далеко.
Имен он не называл, но кто конкретно имелся в виду — учитывая, что пагубность строительства стен в речи президента упоминалась пять раз, — всем было ясно.
Казалось бы, какой в этом смысл? Ни китайцы, ни русские, ни граждане Мьянмы или Боливии голосовать на президентских выборах 8 ноября не будут. Всё решат американские избиратели, исходя из собственных соображений.
Что ж, это верно. Но лишь отчасти. В глобальном мире не существует (или почти не существует) такого понятия, как «внутреннее дело суверенной страны». Сам Обама в свое время довольно в грубой форме вмешался в дела Великобритании — под аплодисменты Дэвида Кэмерона, — агитируя не голосовать за Брекзит.
Когда-то нам в России казалось, что мнением мирового сообщества пытаются «образумить» только нас. Ан нет, глобальный продукт отличается тем, что потреблять его надлежит всем, в том числе и американцам
Во всяком случае, Обама в это искренне верит. Вернувшись домой, он расскажет на пресс-конференции (а, может быть, и на митинге в поддержку Хиллари Клинтон), с какой озабоченностью мировое сообщество смотрит на подъем популистов в некоторых странах, в том числе и в США, где собирается строить стены и вводить протекционистские меры в экономике страшный Дональд Трамп.
Глядишь, интервью CNN, CBS или MSNBC даст нынешний президент Франции, премьер Польши… Украинцы и эстонцы тоже могут подтянуться и жалобно рассказать, как им нужна поддержка США и НАТО, коей перед лицом «агрессивной России» их собирается лишить несистемный республиканец.
Вряд ли в чем-то сможет убедить американского избирателя саудовский шейх, но вот какой-нибудь лидер африканской страны с печальным лицом поведает о разгуле вируса Зика и разжалобит сердобольных жителей одного-двух колеблющихся штатов.
Канадцы, норвежцы и датчане расскажут о тающих ледниках. Японцы и корейцы — о притеснении со стороны китайцев. Найдется какой-нибудь немец (вряд ли лично фрау Меркель), который пожалуется, что ультра-правые поднимают голову в Германии, аккурат как в 1930-х, и станет убеждать, что если в Белый Дом въедет Трамп, не миновать тогда появления нового фюрера в Старом Свете.
И в общем теперь понятно, зачем Трамп пригласил на свой предвыборный митинг бывшего лидера Партии независимости Соединенного Королевства Найджела Фараджа. И зачем последнего так часто показывают по консервативному телеканалу Fox News. После плясок «прогрессивного человечества» вокруг Брекзита несложно было просчитать, что подобные же пляски будут устроены вокруг американских выборов.
А тут — живой символ победы маленького человека над глобалистским истеблишментом. Прививка слабенькая, но уж какая есть.
Конечно, Барак Обама работал не только на предвыборную кампанию Хиллари. Он старался убедить мировое сообщество в исключительной важности тех проектов, которые он начал, но не успел завершить. В частности, речь шла о заключении соглашения о транс-тихоокеанской зоне свободной торговли, создании международно-интегрированных профсоюзов и расширении программ помощи бедным странам.
Страны эти, в числе прочего, пострадали и от глобализации. Что Обама частично признал. Однако заверил: «Ответом не может быть просто отрицание глобальной интеграции. Наоборот, мы должны работать вместе, дабы выгода от этой интеграции распределялась более справедливо».
Такое торжество глобального вэлфера. От каждого — по ресурсам, каждому — как решат наднациональные институты. Те самые, чьи цепи пытаются сбросить бритты и чье давление так раздражает Пекин и Москву
Но уходящий президент США нас уговаривает: «Иногда меня самого критикуют в моей стране за то, что я слишком верю в международные нормы и наднациональные институты. Но я убежден, что в долгосрочной перспективе отказ от некоторой нашей свободы действий… добровольное связывание себя положениями международных правил приведет к повышению уровня нашей безопасности».
В отличие от речи 2015 года, Барак Обама ни словом не обмолвился о международном праве и ключевой роли ООН. И понятно, почему.
Международное право — это нормы взаимодействия между суверенными странами. А международные правила, устанавливаемые наднациональными институтами — это отказ от части суверенитета. Причем в столь сложный для человечества час из списка поступающихся суверенитетом стран нельзя исключать и США.
Вот такую международную предвыборную речь произнес Барак Обама. И вот такие наказы он оставил Хиллари Клинтон.
Автор: Дмитрий Дробницкий