Украина. Май 2017. Старики берут с собой плащи, чтобы прикрыть фронтовые награды от нездорового внимания «активистов».
Люди, называющие себя журналистами телеканала «Еспресо», сетуют на идейную неоднородность общества и, пока еще изображая юмор на лицах, что не обезображены интеллектом, предлагают депортировать несогласных и ввести расстрелы для инакомыслящих.
Увы, но итоги прошедших майских праздников более чем печальны. Люди, разобщенные разным восприятием истории так и остались по обеим сторонам баррикад. И каждый чувствует себя униженным и оскорбленным. А Украина проигрывает свое главное сражение – за гражданский мир.Пространные рассуждения Владимира Вятровича о некой новой концепции осмысления Второй мировой войны и здравницы президента воинам Советской Армии и бойцам УПА, оказались на поверку не более чем дежурным лицемерием и дымовой завесой для западных лидеров. Потому что, вместо объединяющего диалога в обществе и поиска разумного компромисса – «свободные» СМИ, которые продолжают делить граждан одной страны на «своих» и «чужих», вооруженные патрули Нацгвардии в городах, решетки, кордоны полиции, металлодетекторы и насилие на улицах.
Конечно, можно просто посмеяться над журналистами «Еспресо» и их «шутками». Ну, разве это не смешно, когда «интеллектуалы нации», сидящие в студии, приходят к выводу, что ветеран АТО имеет полное право избивать того, за кого он воевал?
Над Гитлером тоже смеялись. Веселились лидеры европейских стран, потешаясь над концепцией превосходства арийской расы и провозглашенном праве Германии на земли, завоеванные когда-то тевтонскими рыцарями. Как пишет в своей книге «Смех и сопротивление. Юмор III Рейха» Рудольф Эрцог – на заре гитлеровской диктатуры даже в Германии многие смеялись над поведением нацистов, в котором, нужно признать, действительно хватало нелепостей.
Например, знаменитое нацистское приветствие насаждалось под градом насмешек и анекдотов.
Гитлер проводит осмотр психбольницы. Все пациенты как один приветствуют его поднятой рукой. Но тут Гитлер видит, что какой-то человек выбивается из общей картины. «Почему вы ведете себя не как остальные?» — спрашивает он. Тот отвечает: «Мой Фюрер, я же санитар, а не псих!»
(Рудольф Эрцог «Смех и сопротивление. Юмор III Рейха»)
У нас нет фашизма. Пока. Во всяком случае, если верить официальной пропаганде. Но даже без заявления "Amnesty International в Украине" о том, что запрет советской символики является «…нарушением права на свободу выражения…», а задержание мирных граждан [9 мая] «…является шагом в ограничении свободы слова и мирных собраний…», становится понятно, что в стране есть «совок». Тот самый «совок», что так любим всеми бывшими партийными и комсомольскими активистами, которые стремительно переквалифицировались в демократов и разобрали властные портфели под аккомпанемент уже порядком заезженного и надоевшего всем шлягера о российской агрессии.
Когда слушаешь рассуждения этих духовных оборотней о демократии и идущих в комплекте ценностях, хочется возле телевизора поставить тазик с водой – чтобы зарядить целебной энергией. Но стоит бросить мимолетный взгляд на окружающую действительность, как все становится на свои места - нет и не было никакой свободы. Образно говоря, никто и не задавался целью - поднять людей с колен. Народ просто развернули в сторону новых идолов. Но антураж остался прежним – слепое преклонение и недопущение какой-либо критики.
Вот и стараются «журналисты», исполняя директивы «партии войны». Ведь воинствующим «патриотам» не нужна мультикультурная, многонациональная страна с политическим, идейным и духовным многообразием. Им нужна однородность масс и общество, построенное на запретах и тотальной подозрительности: всеобщий «одобрям» и все - с патриотическим выражением лиц ищут шпионов.
Конечно, удобнее промолчать. Это так легко – пройти мимо «шуток» горе-журналистов, или не заметить спич Ирины Геращенко о «ряженых маскарадах» на 9 мая. Да и пост Sergiy Sternenko о "карательной экспедиции по поиску тех, кто поднимал 9 мая красные тряпки" - тоже, ведь, шутка. Только, боюсь, что через год, оставшиеся в живых старики уже не будут брать с собой плащи. Они просто побоятся выйти из дома.
А потом… Потом уже будет «уместно» вспомнить знаменитое изречение немецкого пастора Мартина Нимёллера – бывшего узника концлагеря Дахау:
«Когда они пришли за социалистами, я молчал — я не был социалистом. Когда они пришли за профсоюзными активистами, я молчал — я не был членом профсоюза. Когда они пришли за евреями, я молчал — я не был евреем. Когда они пришли за мной — уже некому было заступиться за меня…»