Французских правоохранителей привлек материал сайта расследований Mediapart, который вышел в апреле 2012 года. В нем были опубликованы документы, которые свидетельствовали о том, что лидер Ливии Муаммар Каддафи согласился выплатить 50 млн евро на поддержку предвыборной кампании Саркози в 2007 году. При этом, согласно французским законам, кандидат в президенты не может использовать в предвыборной кампании финансирование из-за рубежа, а также тратить больше 21 млн евро.
Договорённость о финансовой поддержке якобы была достигнута ливийцами и советником Саркози Брисом Ортефе в октябре 2006 года.
Документы, которые свидетельствуют об этом, подписывал лично глава ливийской разведки Мусса Кусса. Ортефе также был вызван французскими правоохранителями на допрос.
Вторым свидетелем может стать французский бизнесмен Александр Джури, который в январе этого года был сначала задержан, а потом отпущен под залог 1 млн евро в Лондоне по запросу французской полиции. Джури, по данным следствия, был владельцем виллы на юго-востоке Франции, которую купил ливийский инвестиционный фонд Libyan African Portfolio под руководством бывшего финансиста Каддафи Башира Салеха. Цена виллы, по мнению OCLCIFF, была завышена на 5 млн евро. Их Джури якобы перенаправил на президентскую кампанию Саркози. Кроме того, впоследствии он помог эвакуировать Салеха из охваченной гражданской войной Ливии в ЮАР в обмен на молчание.
О том, что Саркози получил ливийские деньги на свою кампанию, говорил и сын Муаммара Каддафи Сейф-уль-Ислам в интервью Euronews. «У нас есть все доказательства: банковские счета, документы, переводы. И все это мы скоро обнародуем», — заявил он в 2011 году, но так ничего и не опубликовал.
Кстати, целью французской интервенции в Ливию 2011 года оппоненты Саркози считают попытки замести следы своих преступлений. Якобы он хотел избавиться от ливийских властей, у которых на него был компромат. «Насколько эта версия достоверна, сказать сложно, но выглядит она вполне логично, — сказал ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Сергей Фёдоров. — Впрочем, чтобы её подтвердить, нужно иметь больше информации. Шансов, что она появится, практически нет, потому что французская операция в Ливии засекречена».
Тем не менее, по словам Фёдорова, точно можно сказать, что и Франция, и Великобритания явно вышли за пределы мандата, который был выдан ООН и разрешил удары по ливийским войскам. «Речь в мандате шла о защите гражданского населения, но фактически всё закончилось жестокой расправой над Каддафи. Французские политики даже не скрывали этого. Тогдашний министр иностранных дел Ален Жюппе в одном из выступлений по радио на вопрос журналиста о том, не был ли нарушен мандат ООН, ответил, что это, конечно, нарушение... Но они же „борются с кровавым диктатором", поэтому какие могут быть проблемы?»
Саркози неоднократно публично опровергал выдвигаемые против него обвинения. Целью развернутой против него кампании французский экс-президент называл желание не дать ему переизбраться (Саркози участвовал в выборах 2007 и 2012 годов). Документы, опубликованные Mediapart, он назвал фальшивкой. Впрочем, суд признал подлинность некоторых из них и разрешил использовать их в расследовании. Против Зиада Такиедди Саркози выдвинул иск о клевете. Однако эти меры ход дела не остановили.
Для Саркози это уже не первое уголовное дело. Ранее его обвиняли в незаконном финансировании предвыборной кампании-2007 главой корпорации L’Oreal Лилиан Бетанкур. Кроме того, в 2013 году против него было возбуждено «дело Bygmalion», согласно материалам которого, PR-агентство Bygmalion получило более 18 млн евро, которые затем перенаправило на финансирование перевыборов Саркози в 2012 году.
«Трудно сказать, насколько нынешние действия правоохранителей связаны с текущей политической повесткой Франции, — говорит Сергей Фёдоров. — Конечно, Саркози — влиятельный правый политик. В его защиту выступили многие известные республиканцы. Но Саркози все-таки утратил большую часть своего влияния и едва ли претендует на большие государственные посты».