Очень странный поступок для батьки Лукашенко, положившего много времени, сил и средств для сохранения и приумножения советского наследия в постсоветской Белоруссии, едва не угробленной коротким правлением Шушкевича – одного из ключевых инициаторов Беловежского сговора.
Времена, однако, меняются, и вот уже белорусский кремень, Батька Лукашенко, прозванный дегенератами «последним диктатором Европы», впадает в кучмовский маразм «многовекторной политики», выехав на шоссе с односторонним движением навстречу гнилой картофельной оппозиции по граблям Януковича.
Теперь немного истории о том, что за «День воли» такой выискался и откуда есть-пошла «европейская страна» БНР.
Как и все квазигосударства на территории бывшей Российской Империи, БНР образовалась в результате вакуума власти, возникшего сразу же после отречения царя. В сложившейся ситуации, окраины страны оказались в подвешенном состоянии. И это не удивительно, ведь «временные» едва могли удерживать под контролем Петроград и окружающие его районы.
На Украине группа шароварных интеллигентов при поддержке сельского кулачья и галичан из пленных военнослужащих австрийской армии, смогли учредить УНР. В Минске происходило практически то же самое: кучка вышиваночных интеллигентов и военных тоже объявили о создании «самостийной Беларуси», хотя полномочий на это у них не было никаких.
Просуществовала «самостийная Беларусь» недолго. Как водится в ситуации смутного времени, объявить царство-государство несложно. Куда сложнее удержать в ней власть. Произошло так, что наиболее организованная на тот момент сила – белорусские большевики – взашей вытолкали кучку заговорщиков и стали наводить мосты с революционным Петроградом.
Но и у белорусских большевиков силёнок, чтобы удержать власть, оказалось маловато. 20 февраля 1918 года Минск на один день был захвачен 1-м Польским корпусом генерала Довбор-Мусницкого. А уже на следующий день из Минска их выставили германские интервенты, захватившие большую часть белорусских территорий.
Интересно, что белорусские «змагары», как и украинские «свидомые», полностью игнорируют медицинский и исторический факт, что созданные кучкой авантюристов квазигосударства были не просто фикцией, а марионеточной фикцией. И для «змагаров» первостепенной является даже не дата образования БНР 23 марта 1918 года, а «День воли» – провозглашение независимости от Советской России.
Несмотря на то, что ни одно государство, включая соседей, «незалежность» БНР не признало, германские интервенты поддерживали иллюзию «самостийности» у его руководства. Причина проста: кайзеровской Германии были выгодны раздробленность и анархия на окраинах бывшей Российской Империи. Интервенты видели эти территории собственными колониями и в определённых рамках позволяли «новым элитам» играть в самостоятельность.
Как водится, «самостийники» быстро почувствовали вкус к политическим играм. Если исходный белорусский национализм представлял из себя смягчённую версию галичанско-хуторского украинского национализма, то со временем накал русофобии усилился. Поначалу создатели БНР провозглашали русский язык равный в правах с белорусским, но вскоре мова должна была вытеснить «язык оккупантов».
Как и в УНР, «змагары» в БНР впадали в националистический маразм. Так, под руководством премьер-министра БНР белорусов принялись переписывать в кривичей – лишь бы в корне народа не осталось частицы «рус».
Характерной чертой БНР было то, что за вcю её недолгую жизнь, большинство белорусов даже не подозревало о существовании сего территориального недоразумения, поскольку власть Минска простиралась на пару близлежащих губерний.
Попыткой «номер раз» стало обращение Рады к германскому кайзеру. Что бы там не шамкали современные «змагары», ни о какой реальной независимости БНР речи не было и не могло быть. Сторонники «европейского направления» столетней давности были согласны на существование в качестве германского протектората. Когда в Минске допетрили, что и этот вариант не пройдёт, они принялись бомбардировать письмами Варшаву, Литву и даже Москву – столицу Советской России. Но самым, пожалуй, отчаянным шагом, стало обращение властей БНР к властям УНР о создании федерации с лидирующей ролью Украины. Вы не поверите, но даже петлюровцы отказались признавать и объединяться с опереточным государством БНР.
Ничто, никакие признания и протектораты, уже не могли спасти «Незалежную Беларусь», поскольку пришло время падения и заката Германии. В 1919 году германские оккупационные войска вышли из Белоруссии, а вслед за ними в эмиграцию печальным клином потянулись и власти «самостийной Беларуси». Власть в Минске и других районах Белоруссии на этот раз твёрдо взяли большевики, выступавшие за единство Белоруссии и России. Вскоре была образована Белорусская ССР в составе СССР.
Белорусский полонизированный прапорок прожил подольше, чем квазигосударство, которое он олицетворял. В 1920 году под ним воевали, грабили и устраивали погромы банды известного авантюриста и наёмника Булак-Балаховича.
Во время гитлеровской оккупации Белоруссии бело-красно-белый флаг и герб «Пагоня» были официально разрешены для использования «Третьей БНР» нацистской администрацией. Нашивки с «национальной» символикой носили организации предателей: Белорусская рада доверия, Белорусская центральная рада, Белорусская народная самопомощь, Белорусская независимая партия, Союз белорусской молодёжи.
Интересно, что организация, именующая себя «Верховной Радой Белорусской народной республики», существует до сих пор.
«Что касается той Рады БНР, что находится за границей, то никакого отношения к первоначальной БНР она не имеет, – отмечает Пётр Петровский. – Ни один её член ни на каком этапе не был связан с первоначальной БНР. Она была создана в 1947 году на средства ЦРУ США из числа эмигрантов, которые сотрудничали с фашистами в 1941–1945 годах, и использовалась как инструмент борьбы с СССР и социалистическим блоком в конкретной ситуации Белоруссии в рамках холодной войны».
Тем не менее, несмотря на антигосударственную риторику современных «наследников» БНР, в 2018 году власти Минска согласовали проведение митинга и концерта оппозиции 25 марта – в день провозглашения липовой независимости Белоруссии. Также на здании, где в 1918 году заседал исполком Рады Всебелорусского съезда и было принято решение о создании БНР, вывесят мемориальную доску.
Тем самым, белорусский Батька, засидевшийся в президентах, потерял политическое чутьё и старается быть угодным всем – и пророссийскому большинству, и «змагарам», и стать рукопожатным для «всего цивилизованного мира».
Не исключён и четвёртый вариант: Лукашенко, регулярно получающий оплеухи от российских таможенных и других служб за слишком жирный поток креветок и мидий из Белорусского моря имени Псаки, старается перенести торговые разборки в политическую плоскость. В Белоруссии уже довольно давно начался ползучий откат в «свидомость» по украинскому сценарию: навязываемая мовнюковость, поиск национальных корней и корнеплодов в истории Великого княжества Литовского, победы над «москалями» и тому подобная хрень.
Празднование столетия со «Дня воли», когда кучка романтиков и авантюристов предпринимала бесплодные попытки построить государственность с ароматом пареной бульбы на оккупированных немцами территориях, выглядит совсем уж жалкой потугой в стиле «если не можешь запретить, то возглавь».
Если отбросить внешнюю сторону дела во всей этой возне вокруг «Дня воли», полонизированного прапорка белорусских коллаборационистов с гербом «Пагоня», у слабоумного празднования столетия БНР есть куда более глубокие политические последствия. Ведь речь, как и в случае «Украина – преемница УНР», встают вопросы принадлежности территорий. В частности, «змагары» давно мечтают о Великой Беларуси, куда бы вошли Смоленская область России, Виленский край и сам город Вильно (столица Вильнюс и область независимой Литвы), а также польское Подляшье. Не говоря уже об украинской части Полесья.
Кроме того, признание Республики Беларусь преемницей БНР, ведёт к денонсации решения белорусской Рады от 1925 года, согласно которому провозглашалась субъектность БССР и откуда проистекает субъектность современной Белоруссии.
Лиха беда начало. Судя по речам в официальных белорусских СМИ чиновников и даже представителей Национальной Академии Наук РБ, в белорусской властной вертикали возобладало мнение, будто у них всё под контролем и с рагулями можно без всякой угрозы заигрывать, идти им на уступки, включая ревизию истории и основ государства.
