Выступление Путина в Давосе на всемирном форуме глобалистов началось с дипломатических формулировок признания организаторам за возможность донести свою точку зрения до мировой общественности.
Как уже отметили обозреватели, Путин выступал в Давосе впервые за 12 лет. В 2009 году он был в Давосе, но в качестве премьер-министра. Потом в Давосе выступали российские системные либералы – Шувалов, Дворкович, Орешкин. Нынешнее выступление имеет особый контекст – никого из прежних знаковых лиц либеральной когорты в составе правительства России нет. По сути, перед Западом был в какой-то степени неизвестный Путин, чьё либеральное кредо было под вопросом.
Путин отметил, что не пандемия создала кризис либерализма, а они созрели в его лоне давно. Эпидемия лишь ускорила то, что давно созрело. Самое главное, что Путин сообщил о готовности к дальнейшему нарастанию конфликта с Западом. Правда, конфликт был назван противоречиями, которые будут нарастать, но публика, слушавшая Путина, отливается умением читать между строк. Особенно когда Путин намекнул на параллели с тридцатыми годами ХХ века. Прямая отсылка к фашизму и развязанной им войне.
Путин прямо назвал либеральную модель кризисной и отказал ей в перспективе. Нарастание социального расслоения, поляризации взглядов, неработоспособность международных институтов, рост числа региональных конфликтов – вот следствие такой модели. Но себя Путин позиционирован не справа и не слева, а в центре. И тут же отметил – всё это заметно в «ведущих странах» - светочах либерализма, берущихся учить Россию правильней жизни.
Путин очень технично перешёл к вчерашнему телефонному разговору с Байденом. Он был подан в контексте деградации системы глобальной безопасности, когда поправить дело может только продление договора СНВ-3. По сути, Путин напомнил, что ситуация может выйти из-под контроля, когда начнётся борьба всех против всех, и это будет означать конец цивилизации.
Особенно жёстко Путин потроллил Шваба тем, что напомнил: идут попытки решать свои проблемы через поиск внутренних и внешних врагов. Это был камень в огород Байдена и демократов. Мы в России дорожим такими ценностями, как семья, право выбора и неприкосновенность частной жизни.
То есть Путин просто тыкал носом либералов в их же либеральный катехизис. В логове мирового глобализма такие речи равноценны зачитыванию текста Интернационала в Рейхстаге времён Третьего рейха. Но Путин был неумолим: социальный кризис бьёт по демографии. То есть достижение главной цели глобалистов он подавал как неудачу и угрозу для человечества. К.Шваб испытал много неловких минут, но, как говорится, положение обязывает.
Едва ли Путин приобрёл этим выступлением себе друзей среди мировых элит Запада. Но он очевидно к этому не стремился. Он обращался к человечеству, к бизнесу не транснациональному, а тому, что ищет способа выжить у себя дома, опираясь на государство и народ. В США это электорат Трампа, и если они слышали Путина, то он приобрёл себе 75 миллионов сторонников в США. Байден сделает вид, что не заметил, но ему придётся это учитывать в будущем.
Потерю культурных материков Путин назвал мрачной антиутопией. То есть он бросил вызов глобальным идеологам, создающим племена новых кочевников баз национальных корней и культурных привязок. Если смотреть на контекст путинской речи, то Путин позиционировал себя как непримиримого врага глобализма, третирующего его с либеральных классических позиций, исходных для самих глобалистов.