До последнего украинца. Главный вопрос – когда потери в живой силе Украины достигнут критических пределов, после которых ни о каком сопротивлении речи быть не может? При отсутствии официальной информации, которую скрывают по понятным причинам, мнения о количестве погибших и раненых различаются многократно. На одном полюсе Арестович и его «потерь нет», точнее – они есть, но не более 10 тыс. на середину лета. И далее, как по учебнику – около 30 тыс. раненых вэсэушников.
Не менее оптимистичен Михаил Подоляк, указавший на 13 тыс. погибших за девять месяцев спецоперации.
На противоположной стороне Урсула фон дер Ляйен, глава Еврокомиссии, которая в конце ноября проговорилась о 100 тысячах убитых солдат и офицеров украинской армии. Позже слова европейского босса многократно дезавуировали и даже вырезали кусок доклада с озвученным числом.
Понятно, что чиновник такого уровня не может так просто взять и оговориться – она далеко не Байден, путающий Украину и Иран. Вполне себе здравомыслящая особа, пусть и несколько экзальтированная. И если последовать логике Арестовича и вычислить количество раненых солдат ВСУ, то окажется, что общие потери, по данным Урсулы, к началу декабря могут приближаться к 400 тыс. Это не безвозвратные потери – немалая часть ветеранов залечит раны и вернется на фронт. Но и здесь есть нюансы.
Дело в методике подсчета. Точнее – в том, что классическое соотношение количества убитых к раненным 1:3 – это слишком упрощенное и усредненное допущение. Каждая война уникальна, и слишком много факторов влияют на число убитых и раненных. Например, во Второй мировой на каждого убитого американца приходилось три раненных, а у немцев это соотношение составляло 1:1,34, тогда как у итальянцев – 1:2.
На Украине сейчас сложилась непростая ситуация. С одной стороны, у ВСУ численное превосходство, с другой – серьезное (порой многократное) отставание в техническом оснащении от Российской армии. Например, армия РФ сейчас может позволить себе выпускать до 20 тыс. снарядов в сутки, в то время как украинская – не более 5–6 тыс. Ранее Российская армия выпускала по противнику более 35 тыс. выстрелов. Спорить о том, куда они попадали и какой наносили ущерб, совершенно бесполезно.
Факт остается фактом – к зиме 2022 года наступательный потенциал ВСУ окончательно истощился, и в этом огромная, если не главная, заслуга пушкарей. По статистике до 70 % всех ранений на Украине – осколочные: реактивная и ствольная артиллерия – главный фактор, выбивающий живую силу противника.
Из этой же серии слабая оснащенность ВСУ бронетехникой, способной держать хотя бы минимальные осколки. У всех на виду боевые пикапы бандеровцев с крупнокалиберными пулеметами или с минометными расчетами. Это эрзац-оружие способно доставить неприятность, но совершенно беззащитно перед любой артиллерией.
Вся совокупность факторов говорит о том, что пресловутое соотношение 1 к 3 слишком оптимистично для ВСУ. Речь может идти о 1:5 и даже о 1:7. В пользу этого играет и неплохое медицинское обеспечение националистов. Начиная от массового распространения аптечек стандарта НАТО и заканчивая медицинскими госпиталями, на которые так щедры западные спонсоры.
В таких условиях немалая часть потенциальных «двухсотых» ВСУ остается в ранге «трехсотых». При этом подсчитать точное количество погибших комбатантов Киев не сможет.
Во-первых, в начале спецоперации стихийно формировались отряды территориальной обороны, которые учитывались очень фрагментарно. А гибли они не меньшими темпами, чем регулярные войска.
Во-вторых, немалая часть территории боевых действий оказалась под российским контролем, что также осложняет подсчет погибших.
Неопределенность рождает массу версий. Особенно в этом преуспели западные партнеры Киева. Из множества последних публикаций становится понятно, что за рубежом все сложнее скрывать гигантские потери ВСУ. И говорят об этом не второсортные репортеры, опьяневшие от «свободы слова», а вполне маститые специалисты. Например, Джордж О’Нил-младший, член совета директоров института американских идей. По его словам, на Западе существует масштабный заговор с целью маскировки истинных потерь украинской армии. Типичным слоганом этой кампании стало «дела на Украине идут хорошо».
Эта риторика удивительно удобно ложится на «оговорку» Урсулы о 100 тыс. погибших националистов. Вторят О’Нилу в New York Times авторы Барнс, Купер и Шмитт, утверждающие о патовой ситуации украинской армии в следующем году. Напомним, что к лету 2023 года Зеленский обещал посетить Крым. По мнению американцев, никакой реальной возможности это осуществить нет – у ВСУ просто не хватит личного состава, чтобы прорвать оборону российских войск.
Депопуляция Украины
Маниакальное упорство киевского режима очень дорого обходится Украине, которая стоит на пороге демографической катастрофы.
Начать стоит с медленной, но верной депопуляции страны. Население Украины насчитывало на начало 2022 года не 43 млн, как утверждает большинство источников, а лишь немногим менее 37 млн человек. Большее число любят приводить сами украинцы, присовокупляя к нему жителей Донбасса и Крыма. При этом более 16 млн человек, преимущественно женщин и детей, уехали из страны в Европу. Еще несколько миллионов проживают на территориях, вошедших в состав Российской Федерации.
Таким образом, на оставшейся Украине едва наберется 17–18 млн человек, несколько сот тысяч из которых сейчас на восточном фронте.
Много или мало для такой популяции – безвозвратная потеря 100 или более тысяч бойцов? Вопрос, конечно, риторический, учитывая, что гибнут преимущественно молодые и здоровые мужчины, а еще несколько десятков тысяч бойцов неизбежно вернутся инвалидами. Перед киевским режимом в полный рост встает несколько фундаментальных проблем. Чем дальше Зеленский затягивает сопротивление, тем меньше шансов, что беженцы в полном составе вернутся на родину.
Многие из них уже успешно интегрировались в европейскую действительность, нашли работу, приступили к учебе. Как ни крути, но Европа гораздо комфортнее разрушенной Украины. На черном рынке сейчас крутятся десятки тысяч неучтенных стволов, что не может не сказаться на уровне преступности. И этот фактор также будут учитывать вчерашние беженцы с Украины.
Постепенное выбивание мужчин репродуктивного возраста для сравнительно небольшой по численности оставшейся Украины создаст в стране демографическую яму. До февраля 2022 года естественная убыль населения достигала полумиллиона в год. О том, насколько сократится население страны по итогам 2023 года, наверное, не узнаем никогда.
Но план у Зеленского есть. Он заключается в дальнейшей мобилизации мужского населения. Пусть не силовым способом, но созданием невыносимых условий. И с этим совершенно согласны страны Запада, формирующие новые требования к украинской экономике.
Речь о подписанном меморандуме Министерством финансов Украины совместно с Международным валютным фондом. Как пишут местные издания, раньше МВФ давал деньги, а потом просил о реформах. Сейчас все наоборот – сначала Зеленский должен отработать транши и только потом получить перевод.
По требованию финансовых боссов Запада на Украине отменяется упрощенный режим налогообложения и к неплательщикам готовятся драконовские меры пресечения. Офис Зеленского назвал ряд «непростых политических решений» – сокращение оплаты бюджетников в 2023 году на 27 %, то есть почти на треть! Естественно, по требованию МВФ сокращается и общее число работников бюджетной сферы.
Куда пойти безработным в этой ситуации? Особенно, когда мужчинам призывного возраста заказан выезд из страны. Правильно, в тероборону и ВСУ – Зеленский на пару с Западом просто выдавливает собственных граждан на мясорубку восточного фронта.
Евгений Федоров