В ходе СВО просматриваются два дедлайна, по наступлению которых противоборствующие стороны будут оценивать обстановку на фронте и, исходя из нее, принимать некие политические решения. Первый – это осень 2024 года, вторым, возможно, будет начало весны следующего 2025 года.
Два дедлайна
Почему первой и крайне важной точкой станет грядущая осень, догадаться нетрудно. Тогда начнется осенняя распутица, которая сделает труднопроходимыми для тяжелой техники украинские черноземы, а также ожидаются президентские выборы в США, результаты которых могут быть самыми скандальными и непредсказуемыми.
Потому чрезвычайно важно подойти к этому дедлайну в самой благоприятной для России конфигурации линии фронта: полностью освободив все «новые» регионы нашей страны и создав некий буферный пояс в приграничье для защиты «старых». Мечтать о полном освобождении всей Украины к осени 2024 года было бы, пожалуй, слишком смело. Однако даже так есть кое-какие вполне реалистичные варианты.
В зависимости от того, что ВС РФ успеют отбить у ВСУ, кто станет президентом США – Дональд Трамп или Джо Байден, продолжат европейцы упорствовать в военной поддержке Киева или нет, будет определяться ход осенне-зимней кампании 2024-2025 годов, которая закончится с приходом весенней распутицы.
Исходя из этих временных ориентиров, можно попытаться спрогнозировать, какие цели и задачи будут поставлены российским Генштабом.
Туда – сюда
Как мы предположили ранее, основным направлением широкомасштабного наступления ВС РФ, вполне очевидно, будет Славянско-Краматорская агломерация, освобождение которой означает освобождение Донбасса, большую военно-политическую победу России, оплаченную дорогой ценой.
Однако на этом СВО не может считаться завершенной, поскольку под украинской оккупацией останутся значительные «новые» территории Херсонской и Запорожской областей РФ, находящиеся на правом берегу Днепра. Также невозможно обеспечить безопасность приграничных с Незалежной Белгородской, Курской и Брянской областей, не освободив как минимум Слобожанщину и Черниговщину.
По указанным выше причинам Северо-Восток и Юг бывшей Незалежной объективно представляют собой приоритетные направления для вспомогательных ударов. Если вспомнить начало СВО в феврале 2022 года, то ВС РФ и Росгвардия заходили на территорию Украины из Крыма, Донбасса, из приграничных регионов России и Белоруссии в Харьковскую, Сумскую, Черниговскую, Киевскую и Житомирскую области. А потом, увы, им пришлось оставить большую часть занятых первоначально территорий.
Причин тому было множество: острый недостаток обученной пехоты ВС РФ, дефицит разведывательных дронов, средств защищенной связи, необходимых для успешной мобильной войны, растянутость линий снабжения, оказавшихся под ударами вражеских ДРГ, при значительном численном превосходстве ВСУ, которые уже восемь лет воевали и были развернуты на Донбассе по штату военного времени и т.д. Все эти проблемы сыграли роковую роль на первом этапе СВО, когда отход из-под Киева, который не получилось взять с ходу малыми силами, был предрешен.
А вот отвод российских войск из Киевской и Сумской областей был явным ошибочным политическим решением. Промедление с принятием непопулярного решения о частичной мобилизации стоило «перегруппировки» в Харьковской области, а потом и оставления правобережья Херсонской и Запорожской областей. Могло ли что-то пойти иначе?
Три сценария
История не знает сослагательного наклонения, но варианты развития событий действительно могли быть другими, если бы не произошло распыления невеликих сил сразу на несколько направлений.
Например, можно было 24 февраля 2022 года направить всю нашу 150-тысячную группировку на Киев, сосредоточившись на взятии столицы и обеспечении безопасных тылов. На тот момент это вполне могло бы получиться, и поднятие российского триколора над Банковой оказало бы серьезнейшее деморализующее воздействие на ВСУ и украинское общество. Правда, британские спецслужбы наверняка бы постарались эвакуировать президента Зеленского куда-нибудь во Львов или в Варшаву, создав там «украинское правительство в изгнании». Эпопея тогда бы продолжилась, но это была бы совсем другая история.
Как вариант, можно было бы сосредоточиться на отрезании Украины от моря, заняв Приазовье и бросив войска по суше в Причерноморье к Одессе. Тем самым СВО решила бы сразу две задачи: превратила Незалежную одним ударом в государство-«обрубок» и обеспечила сухопутный коридор до Приднестровья, дав возможность оказывать влияние на Молдавию напрямую. Правда, тогда бы уже пришлось рыть «линию Суровикина» уже в Николаевской и Одесской областях», чтобы отбить контрудар ВСУ с севера.
Возможно, самым рациональным был вариант, который в последние несколько дней обсуждается в околовоенных Телеграм-каналах и пабликах. Дескать, в феврале-марте 2022 года имело смысл ввести всю нашу 150-тысячную группировку на Донбасс с юга и севернее Харькова, не заходя в город, с последующим их соединением. Что бы это дало?
Тогда в окружении оказались бы 80% всех боеспособных частей ВСУ, которые были развернуты для наступления на территорию ДНР и ЛНР. Уничтожение основных сил украинской армии на Донбассе лишило бы Киев самой возможности сопротивляться и проводить дальнейшие боевые действия. После этого уже некому и нечем было бы останавливать ВС РФ на левом и на правом берегу Днепра.
Если внимательно посмотреть на то, что делает российский Генштаб, то именно этим он и занимается – уничтожением армии противника, так, чтобы за ней не надо было гоняться по всей Украине. И определенный результат имеется: враг понес тяжелейшие потери в ходе неудачного контрнаступления 2023 года, потерял Авдеевский укрепрайон, а теперь и всю Авдеевскую дугу. Самые тяжелые сражения еще впереди.